С чего все начиналось

12 марта 2014 года в Вене по запросу американских правоохранительных органов был задержан украинский миллиардер Дмитрий Фирташ. Спустя девять дней он вышел на свободу под астрономический залог в 125 млн евро, однако покинуть Австрию не мог из-за начавшейся многолетней экстрадиционной эпопеи.

В тот момент вряд ли кто-то предполагал, что вынужденная остановка газового олигарха в австрийской столице станет началом новой главы украинской политической истории.

Но уже 24 марта, всего через три дня после освобождения Фирташа, в Вене состоялась встреча, значение которой трудно переоценить.

За одним столом оказались сам Фирташ, будущий президент Петр Порошенко, будущий киевский мэр Виталий Кличко и бывший глава администрации Януковича Сергей Левочкин.

Содержание переговоров осталось конфиденциальным, зато их политические последствия известны. Кличко отказался от участия в президентской гонке в пользу Порошенко, а сам баллотировался в мэры Киева. Оба победили.

Год спустя, выступая в венском суде, Фирташ публично признал, что именно он инициировал встречу, поскольку хотел не допустить избрания президентом Юлии Тимошенко. “Главное, что мы получили от встречи, — то, что хотели: Порошенко — президент, Кличко стал мэром”, — заявил миллиардер.

Сам Порошенко впоследствии отрицал наличие каких-либо тайных договоренностей с Фирташем, однако факт встречи не оспаривал.

Таким образом, еще в 2014 году Вена продемонстрировала, что украинской политикой вполне можно заниматься, физически находясь за тысячу километров от Киева.

И, что особенно интересно, сама инфраструктура для этого сформировалась еще раньше.

В январе 2014 года австрийская телерадиокомпания ORF рассказывала о крупных активах украинской политической элиты в Австрии. В частности, о зарегистрированной в центре Вены SLAV Beteiligungs-AG братьев Андрея и Сергея Клюевых.

С Клюевыми также связывали энергетический бизнес Activ Solar и австрийскую недвижимость. В стране имелись активы и у семьи бывшего премьера Николая Азарова.

Правда, самих Клюевых сейчас нельзя без дополнительных доказательств записывать в число венских эмигрантов: последние сообщения об их местонахождении указывают на Россию. Но фундамент был заложен. У бывших хозяев украинской политики давно существовали в Австрии компании, недвижимость, адвокаты, банкиры и деловые связи.

После 2014 года эта инфраструктура оказалась весьма востребованной.

От Фирташа до Боголюбова

За последующие годы Вена превратилась в место пребывания целой группы украинских крупных предпринимателей и бывших государственных руководителей, у которых по разным причинам возникли проблемы с украинскими правоохранительными органами.

В апреле 2025 года журналисты обнаружили в одном из престижных районов Вены Геннадия Боголюбова — миллиардера и бывшего совладельца национализированного ПриватБанка.

Боголюбов покинул Украину в 2024 году. По версии следствия, для пересечения границы он воспользовался чужим паспортом. Сам миллиардер настаивал на законности своего выезда.

Другой известный обитатель австрийской столицы — аграрный мультимиллионер Олег Бахматюк. Еще в январе 2022 года он рассказывал, как дистанционно управляет из Вены своей аграрной империей UkrLandFarming, одновременно оспаривая претензии НАБУ.

Причем венская украинская колония состоит далеко не только из собственников крупных предприятий. В Австрии оказался бывший глава Национального банка Кирилл Шевченко, которого НАБУ объявило в розыск в 2022 году. В феврале 2024 года стало известно, что австрийские суды отказали Украине в его экстрадиции. Сам Шевченко считает уголовное преследование политически мотивированным.

Вместе с ним в Австрии находится бывший заместитель министра юстиции Денис Чернышов. Оба проходят по одному уголовному делу о предполагаемом хищении около 206 млн гривен из государственного Укргазбанка. По версии обвинения, с 2014 по 2020 год через фиктивных посредников из банка выводились средства под видом вознаграждения за привлечение клиентов.

Причем дело примечательно составом обвиняемых. Помимо бывшего главы НБУ и экс-замминистра юстиции, среди его фигурантов — бывший первый заместитель генерального прокурора Николай Герасимюк, который также находится за границей, в Австрии.

Как следует из анализа Transparency International Ukraine, к весне 2026 года подготовительное производство по делу завершилось и началось рассмотрение обвинений по существу.

Особенно выразительна позиция Чернышова. Отказываясь возвращаться в Украину, бывший чиновник ссылался, среди прочего, на неудовлетворительные условия содержания под стражей и отсутствие безопасной эвакуации заключенных во время воздушных тревог.

Ирония заключается в том, что именно Чернышов, занимая должность заместителя министра юстиции, отвечал за пенитенциарную систему Украины.

В Австрию перебрался и бывший председатель Конституционного суда Александр Тупицкий, уехавший из Украины после начала полномасштабного российского вторжения.

Еще одна примечательная фигура венской эмиграции — Денис Комарницкий, которого украинские СМИ называли “смотрящим” за Киевом.

Бывший депутат Киевсовета оказался в Австрии в феврале 2025 года на фоне операции НАБУ и САП “Чистый город”, связанной с предполагаемыми коррупционными схемами при распределении столичной земли.

Комарницкий пересек украинскую границу в автомобиле с обозначением “200”, используемом для перевозки тел погибших военнослужащих.

А уже осенью того же года украинские антикоррупционные органы добрались до него непосредственно в Австрии. Как сообщили журналисты Bihus.Info, приблизительно за месяц до публикации расследования 29 октября 2025 года представители НАБУ провели в Вене обыски и допрос Комарницкого. Однако сам бизнесмен остался в Австрии.

В октябре 2026 года The Kyiv Independent опубликовал материал об аномальной концентрации в Австрии украинских предпринимателей, бывших политиков и чиновников.

Среди других фигур, о переезде которых в эту страну сообщали СМИ, издание упомянуло бывшего заместителя главы Офиса президента Ростислава Шурму, предпринимателя Александра Петровского, бывших депутатов Андрея Холодова и Евгения Мураева, а также экс-главу Высшего хозяйственного суда Виктора Татькова.

Не для всех перечисленных подтверждено нынешнее проживание именно в Вене. Тем не менее масштаб украинского присутствия в Австрии становится очевидным.

В одном государстве в разные годы собрались миллиардеры, владельцы промышленных предприятий, бывший глава Национального банка, председатель Конституционного суда, представители прокуратуры, правительства, президентской администрации и парламента. Пока это не политическая организация, но уже весьма внушительная коллекция капиталов и коррупционных связей.

Австрийская юридическая крепость

Впрочем, одной только привлекательностью венской недвижимости и комфортом австрийской жизни этот феномен объяснить невозможно.

Есть еще одна причина, по которой Австрия стала столь популярной у украинских состоятельных эмигрантов: особенности ее судебной практики по делам об экстрадиции. И здесь имеются весьма красноречивые цифры.

С начала полномасштабного российского вторжения и по июль 2025 года Украина направила Австрии 27 запросов об экстрадиции. Допустимым был признан только один. Речь идет именно о признании допустимости выдачи, а не обязательно о фактически состоявшейся экстрадиции.

В австрийском Минюсте пояснили, что суды учитывают условия содержания под стражей в Украине, практику других государств ЕС и решения Европейского суда по правам человека.

Война и связанные с ней риски для жизни и здоровья людей, которых Украина требует выдать, стали существенным юридическим препятствием для экстрадиции.

При этом окончательные решения принимают независимые суды, рассматривающие обстоятельства каждого дела отдельно. Но для украинских подозреваемых и обвиняемых практический результат выглядит весьма привлекательно: перспектива принудительного возвращения из Австрии значительно менее очевидна, чем из ряда других европейских государств.

Особенно показательна история Дмитрия Фирташа. Почти двенадцать лет американские власти добивались его выдачи из Австрии по обвинениям в коррупции. Однако в марте 2026 года эта многолетняя эпопея завершилась окончательной неудачей американской прокуратуры.

Причем обстоятельства оказались весьма экзотическими. Австрийский суд признал за Фирташем дипломатический иммунитет на основании его назначения советником постоянного представительства Беларуси при Организации Объединенных Наций по промышленному развитию (ЮНИДО) в Вене.

Как писала австрийская Die Presse, Министерство иностранных дел Австрии и сама ЮНИДО отказали Фирташу в формальной аккредитации. Тем не менее суд счел достаточным дипломатическое уведомление белорусской стороны.

Австрийская прокуратура пыталась обжаловать решение, но из-за пропущенного процессуального срока ее жалоба не была рассмотрена по существу. 6 марта 2026 года Высший земельный суд Вены окончательно отказал в восстановлении этого срока.

В результате Фирташ получил юридическую защиту от экстрадиции в США, несмотря на возражения австрийского внешнеполитического ведомства.

Разумеется, дипломатическая история Фирташа принципиально отличается от обычных дел об экстрадиции в Украину. Но она наглядно показывает, насколько эффективной может оказаться длительная юридическая защита в австрийских судах.

Примечательно, что проблема уже поднималась на высшем межгосударственном уровне. 16 июня 2025 года президент Владимир Зеленский во время визита в Вену публично попросил Австрию о содействии в возвращении бывших украинских чиновников и олигархов, использующих европейские страны для укрытия от правосудия.

Но предоставленные австрийским Минюстом спустя несколько недель цифры продемонстрировали, насколько ограничены возможности Киева добиваться выдачи находящихся в Австрии фигурантов уголовных дел. И в сентябре 2026 года венская украинская колония пополнилась особенно примечательной фигурой.

Галантерник и генпрокурор

Бывший генеральный прокурор Украины Руслан Кравченко покинул страну в ночь на 14 сентября 2026 года. Формально он отправлялся в пятидневную командировку во Францию. Однако после завершения командировки на работу не вернулся. В сентябре Кравченко лишился должности генерального прокурора на фоне масштабного коррупционного расследования НАБУ и САП, известного как операция “Карфаген”.

Вскоре выяснилось, что бывший руководитель украинской прокуратуры находится в Вене. А 30 октября Михаил Ткач обнародовал новое расследование, придавшее истории неожиданный одесский колорит.

По данным источников, обосноваться в Австрии Кравченко мог помочь Владимир Галантерник — одесский мультимиллионер, которого украинские СМИ годами называли “теневым хозяином Одессы”.

В бизнес-империю Галантерника входили доли в знаменитых одесских рынках “Привоз” и “7-й километр”, торговых центрах City Center, развлекательном комплексе “Аркадия Сити”, гостинице De Paris и другой коммерческой недвижимости. В 2021 году Forbes оценивал годовой арендный доход связанных с ним объектов в 28 млн долларов, поставив Галантерника на десятое место среди крупнейших украинских рантье.

При этом бизнесмен давно фигурирует в громких антикоррупционных расследованиях. НАБУ и САП обвиняют участников предполагаемой преступной организации, в число которых входят Галантерник и бывший одесский мэр Геннадий Труханов, в махинациях с коммунальной недвижимостью и землей. По версии следствия, нанесенный Одессе ущерб составляет 689 млн гривен. Виновность фигурантов должна быть установлена судом.

И вот теперь этот влиятельный одесский предприниматель оказывается связан с обустройством в Вене бывшего главы украинской прокуратуры. Более того, источники допускают, что Галантерник мог быть одним из непубличных участников кампании против НАБУ и САП летом 2025 года. Это предположение пока не подкреплено публичными доказательствами его непосредственного участия.

Но история на этом не заканчивается. 8 октября австрийский спецназ с применением силы задержал в Вене журналиста Михаила Ткача и оператора Ярослава Бондаренко, которые пытались установить местонахождение Кравченко.

Позже обоих освободили, а подозрения в их причастности к шпионажу не подтвердились. Теперь УП сообщает, что показания, повлиявшие на задержание журналистов, могли дать люди из окружения Галантерника — в частности, предположительно его водитель и сотрудница, связанная с управлением недвижимостью.

Из изученных редакцией австрийских документов также следует, что Кравченко действительно был зарегистрирован по проверенному полицией адресу. Более того, по информации источников, при выезде из Украины Кравченко столкнулся с неожиданными проблемами на пограничном пункте “Шегини”. Из-за отметки НАБУ и САП в базе пограничников у него якобы забрали паспорт.

Пропустили бывшего генпрокурора только после телефонного звонка из Киева. Независимого подтверждения обстоятельств этого звонка пока нет.

Таким образом, история бывшего генпрокурора перестает выглядеть просто индивидуальным побегом чиновника за границу. Она поднимает вопрос о том, насколько тесно переплетаются за рубежом интересы крупных украинских предпринимателей и бывших руководителей правоохранительной системы.

Чем Вена отличается от Монако

После начала полномасштабной войны Украина узнала о существовании так называемого “батальона Монако” — многочисленной группы состоятельных украинцев, обосновавшихся на Лазурном Берегу. Предприниматели, бывшие депутаты, представители различных бизнес-групп предпочли опасностям военного времени средиземноморские виллы, яхты и элитную недвижимость.

Однако между Монако и Веной просматривается существенное различие. Монако стало символом богатой украинской эмиграции. В Вене же, наряду с миллиардерами, оказались люди, еще недавно руководившие ключевыми государственными институтами.

Бывший генеральный прокурор знает внутреннее устройство правоохранительной системы. Экс-глава Нацбанка — банковский сектор и государственные финансы. Бывший председатель Конституционного суда — юридические механизмы государственного управления. Крупные предприниматели располагают ресурсами, контактами и влиянием на бизнес-среду.

Это не означает, что перечисленные люди составляют единую команду или действуют согласованно. У многих из них разные политические биографии и конфликтующие экономические интересы. Но потенциальные возможности такой среды для участия в будущих политических переговорах заслуживают внимания.

Тем более что Вена, в отличие от Монако, уже имеет конкретный исторический прецедент переговоров, повлиявших на расстановку сил в украинской политике.

Есть и еще одно, гораздо более тревожное отличие. 29 июня 2026 года в Монако произошло покушение на украинского предпринимателя Вадима Ермолаева. Взрывное устройство, спрятанное в рюкзаке возле жилого здания, тяжело ранило самого бизнесмена, его спутницу и их 13-летнего сына.

По информации Le Monde, власти Монако начали расследование покушения на убийство. Впоследствии появились утверждения о возможной причастности украинских спецслужб к этой операции. 

21 мая 2025 года в Испании был застрелен бывший заместитель главы администрации Януковича Андрей Портнов, который после 2014 года некоторое время также жил в Австрии. Испанское следствие расследует обстоятельства убийства. Доказательств причастности к нему украинских спецслужб публично не представлено.

А вот Вене пока не известно о сопоставимых подтвержденных покушениях на влиятельных украинских политических эмигрантов. Но нынешняя история Кравченко показывает, что и там обстановка становится весьма напряженной.

28 октября бывший генпрокурор публично заявил, что в Австрию якобы направили группу для совершения в отношении него насильственных действий.

По утверждению Кравченко, инициаторами могли выступать руководители НАБУ и САП, а соответствующие указания якобы поступали из Офиса президента. Более того, он сам провел параллель с июньским покушением в Монако.

Что именно делали в Австрии задержанные в октябре украинские военнослужащие ГУР и имели ли их действия отношение к Кравченко, должно установить расследование. Но уже сам факт появления подобных взаимных обвинений говорит о том, что конфликты украинских элит все заметнее выходят за пределы национальных границ.

Новый венский пакт?

Разумеется, было бы преждевременно утверждать, что Фирташ, Боголюбов, Бахматюк, Галантерник, Кравченко и другие представители украинской эмиграции уже собрались за одним столом и договорились о смене власти в Киеве. Более того, исторически некоторые из этих людей принадлежали к конкурирующим финансово-промышленным группам, а их отношение к нынешней власти формировалось по совершенно разным причинам.

Но существование общих политических интересов не обязательно предполагает единую партию, публичного лидера или даже постоянный штаб. В 2014 году для участия в формировании политической конфигурации Украины Фирташу оказалось достаточно одной встречи в Вене.

Сегодня в австрийской столице сосредоточены люди, располагающие большими состояниями, международными контактами, знанием украинской государственной системы и собственными конфликтами с властями. Нельзя исключать, что по мере приближения будущих выборов, мирных переговоров и послевоенного перераспределения экономического влияния эта среда станет площадкой новых политических договоренностей.

И речь необязательно должна идти о поддержке конкретной оппозиционной силы. Куда интереснее вопрос о том, смогут ли представители разных поколений украинской элиты договариваться между собой о собственном месте в следующей конфигурации власти.

Ведь главное отличие Вены от Монако может заключаться именно в этом: если на Лазурном Берегу украинские миллионеры преимущественно сохраняют свои капиталы и привычный образ жизни, то австрийская столица уже имеет историю политических переговоров, результаты которых аукнулись в Киеве.